Меню

Красивые прилагательные про природу



Какой бывает природа:
(определения приводятся в именительном падеже)

Делаем Карту слов лучше вместе

Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать Карту слов. Я отлично умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!

Спасибо! Я обязательно научусь отличать широко распространённые слова от узкоспециальных.

Насколько понятно значение слова непролетарский (прилагательное):

Ассоциации к слову «природа&raquo

Синонимы к слову «природа&raquo

Предложения со словом «природа&raquo

  • Несомненно, такой закон существует, и притом это один из наиболее глубоко коренящихся в человеческой природе законов.

Цитаты из русской классики со словом «природа»

  • Я не произошел от Руссо, не верю в естественную доброту человеческой природы, не считаю природу «божественной» и не обоготворяю силу жизни, мне чужда экзальтация эмоциональной жизни, я не признаю абсолютного примата эстетики и искусства.

Значение слова «природа&raquo

ПРИРО́ДА , -ы, ж. 1. Окружающий нас материальный мир, все существующее, не созданное деятельностью человека. Законы природы. (Малый академический словарь, МАС)

Отправить комментарий

Дополнительно

Значение слова «природа&raquo

ПРИРО́ДА , -ы, ж. 1. Окружающий нас материальный мир, все существующее, не созданное деятельностью человека. Законы природы.

Предложения со словом «природа&raquo

Несомненно, такой закон существует, и притом это один из наиболее глубоко коренящихся в человеческой природе законов.

Чтобы победить законы природы люди веками искали философский камень, изобретали эликсир жизни, отправлялись за новыми знаниями в дальние страны.

Но разговор о разборчивом отношении к волку не лишён здравого смысла в тех района, где дикой природы человек ещё мало коснулся.

Источник

Красивые прилагательные про природу

Мы предлагаем Вам перевод слова природа на английский, немецкий и французский языки.
Реализовано с помощью сервиса «Яндекс.Словарь»

  • nature — характер
    • закон природы — law of nature
  • environment — среда
    • нетронутая природа — pristine environment
  • naturally — понятно
    • встречаться в природе — occur naturally
  • scenery — пейзаж
    • живописная природа — picturesque scenery
  • kind — вид
  • Natur — натура, суть, характер
    • чуда природы — Wunder der Natur
    • человеческая природа — menschliche Wesen
  • Blut — характер
  • nature — характер
    • живописная природа — nature pittoresque
    • чудо природы — merveille naturel

Какой бывает природа (прилагательные)?

Подбор прилагательных к слову на основе русского языка.

Что может природа? Что можно сделать с природой (глаголы)?

Подбор глаголов к слову на основе русского языка.

Ассоциации к слову природа

Синонимы слова природа

Гипонимы слова природа

Сфера употребления слова природа

Морфологический разбор (часть речи) слова природа

Склонение существительного природа

Падеж Вопрос Ед.число Мн. число
Именительный (кто, что?) природа природы
Родительный (кого, чего?) природы природ
Дательный (кому, чему?) природе природам
Винительный (кого, что?) природу природы
Творительный (кем, чем?) природой природами
Предложный (о ком, о чём?) природе природах

Предложения со словом природа

Пожалуйста, помогите нашему роботу осознать ошибки. Их пока много, но с вашей помощью их станет гораздо меньше. Вот несколько предложений, которые он сделал.

Источник

Какие прилагательные можно подобрать к каждой букве слова Природа?

Подберите к каждой букве слова природа прилагательное-эпите­ т, которое раскрывает ваше понимание этого слова.

Попробуем подобрать прилагательные к существительному «природа»:

П — плодоносная, противоречивая, потрясающая, первозданная, парадоксальная, подлинная, поэтичная, понятная, постоянная, первобытная, правовая, порочная.

Р — роскошная, равнодушная, райская, разная, региональная.

И — истинная, изумительная, испорченная, инстинктивная, извращённая, искусственная.

Р — рукотворная, разнообразная, растительная.

О — органическая, окружающая, осенняя, общая, обыкновенная.

Д — дивная, девственная, девичья, духовная, дальневосточная, двойная, демоническая, другая, дивная, динамическая.

А — ангельская, аристократическая, аллергическая.

Природа бывает:

Арктическая, австралийская, австрийская, античная, альпийская

Божественная, безупречная

Весенняя, восточная, восхитительная, воображаемая, вселенская, волнительная

Грандиозная, горная

Желанная, живая

Западная, забайкальская, знойная, зимняя, зеленная, затронутая

Интересная, известная, исключительная

Красочная, континентальная, камчатская, кавказская, крымская

Летняя, ландшафтная, лучезарная

Материковая, малоизвестная

Небесная, необычная, неповторимая, необъятная, нетронутая

Особая, островная

Привлекательная, преобразившаяся

Разная, равнинная, рельефная

Северная, сахалинская, скалистая, степная, сказочная

Таёжная

Угрюмая, ужасная, увлекательная, уникальная, умопомрачительная, удивительная

Фантастическая

Шикарная

Южная

Ярковыраженная

У меня получилось подобрать некоторые прилагательные к слову «природа» (чтобы не повторяться).

Можно найти описание картин природы во многих произведениях писателей и поэтов, следовательно, будут уместны, например, прилагательные «пушкинская», «пришвинская».

В разных местностях, регионах природа (растительный мир) имеет свои отличия; где-то наблюдается буйство зелени (особенная, изобильная), а где и скудость пейзажа (аскетичная, примитивная, депрессивная).

С помощью метафорических эпитетов можно выразить состояние природы (опечаленная, романтичная, ожившая, истерзанная, апатичная, разнузданная, дремлющая, исцеляющая).

Прилагательные, определяющие образ природы на театральных подмостках — антуражная, декоративная.

П — пушкинская, пришвинская, пасторальная, примитивная.

Р — романтичная, разнузданная.

И — исцеляющая, изобильная, истерзанная.

О — особенная, ожившая, опечаленная.

Д — древняя, дикая, дремлющая, депрессивная, декоративная.

А — антуражная, апатичная, аскетичная.

Прекрасная, переменчивая, превосходная

Роскошная, разнообразная, радующая

Идеальная, идилличная, изменчивая, измученная

Русская, родная, родимая

Драгоценная, дарующая жизнь

Мои варианты прилагательных к каждой букве в слове «природа»:

  1. П — потрясающая, первозданная, противоречивая, прекрасная, простая.
  2. Р — ранимая, русская, равнодушная, робкая, разнообразная, радушная.
  3. И — истинная, изысканная, искусственная, идиллическая, идеализированная, идеальная, идентичная, испанская, итальянская.
  4. Р — родная, российская, располагающая, романтичная, рукотворная.
  5. О — общественная, общая, обворожительная, общедоступная.
  6. Д — дарующая, добрая, добрососедская, дарующая, дарственная, добродетельная.
  7. А — аналогичная, абсолютная, архаичная, абстракционистская, аляповатая, академичная, африканская, австралийская, американская.

Такая разная и прекрасная природа. К этому слову можно подобрать огромное множество разнообразных эпитетов. Если подбирать эпитеты, начинающиеся с каждой отдельной буквы этого слова, может получиться следующее:

П — первозданная, переменчивая, потрясающая, парадоксальная, поразительная, причудливая, прекрасная.

Р — разнообразная, роскошная, русская, родная.

И — идеальная, игривая, изменчивая, искусная, исконная, искристая.

Р — разная, раскованная, расписная, резкая, радостная.

О — одурманивающая, особенная, ошеломляющая, обычная.

Д — добрая, дружелюбная, дивная, диковинная, драгоценная, дарующая, доброжелательная.

А — ароматная, атмосферная, абстрактная, аляповатая.

П — первозданная, подлинная, прекрасная

Р — роскошная, разнообразная, родная

И — изумительная, иная, интересная

Р — райская, реликтовая, радушная

О — органическая, окружающая, окрыляющая

Д — древняя, дикая, девственная

А — антуражная, аномальная, аскетическая

В природе столько красоты (автор В. Чижов)

П — первобытная, примитивная, первозданная, противоестественная, присущая, поэтическая, пустынная, прекрасная, противоречивая.

Р — разнообразная, растительная, романтичная, русская, реальная, развитая, расточительная, разноплановая, родственная.

И — игривая, изумительная, изначальная, изменчивая, исцеляющая, играющая, извечная, измученная.

Р — радостная, радужная, развесистая, ровная, ранняя.

О — очаровательная, объективная, отличная, отличительная, окружающая, особенная, осторожная, осенняя, оранжевая, опечаленная, олицетворенная, одаряющая, органическая.

Д — дикая, диковинная, дрожащая, девственная, дарующая, драгоценная, древняя, дорогая, деревенская, домашняя, доминиканская, дальневосточная, дремлющая, датская, дагестанская, далёкая, дарвинская.

А — ангельская (природа человека), абсолютная, абхазская, австралийская, австрийская, австро-венгерская, автономная, авторитарная, агрессивная, аквариумная, агробиологическая, агротехническая, агрохимическая, адаптивная, азербайджанская, азиатская, аккуратная, алая, аллергическая (природа заболевания).

Источник

ПРИРОДА

Эпитеты литературной русской речи. — М: Поставщик двора Его Величества — товарищество «Скоропечатни А. А. Левенсон» . А. Л. Зеленецкий . 1913 .

Смотреть больше слов в « Словаре эпитетов »

Смотреть что такое ПРИРОДА в других словарях:

ПРИРОДА

ПРИРОДА 1) в широком смысле — всё сущее, весь мир в многообразии его форм; понятие П. в этом значении стоит в одном ряду с понятиями материи. смотреть

ПРИРОДА

ПРИРОДА (греч. φύσις, лат. natura), одно из центральных понятий античной философской мысли, обладающее широким спектром значений. Греч, существител. смотреть

ПРИРОДА

ПРИРОДА (греч. (риочс;, лат. natura) — одно из центральных понятий философской и научной мысли, обладающее широким спектром значений. В наиболе. смотреть

ПРИРОДА

IПриро́да 1) в широком смысле — всё сущее, весь мир в многообразии его форм; понятие П. в этом значении стоит в одном ряду с понятиями материи, . смотреть

ПРИРОДА

IПриро́да 1) в широком смысле — всё сущее, весь мир в многообразии его форм; понятие П. в этом значении стоит в одном ряду с понятиями материи, . смотреть

ПРИРОДА

ПРИРОДА, 1) в широком смысле-всё сущее, весь мир в многообразии его форм; понятие П. в этом значении стоит в одном ряду с понятиями материи, универсу. смотреть

ПРИРОДА

совокупность естественных условий существования человеческого общества. В истории России и формировании национального облика русского народа фактор при. смотреть

ПРИРОДА

ПРИРОДАПрирода — это неустанное спряжение глаголов «есть» и «быть поедаемым». Уильям Индж В природе ничто не пропадает, кроме самой природы. Андрей Кры. смотреть

ПРИРОДА

физический универсум. Лаланд совершенно справедливо отметил многозначность этого слова, которое может означать: 1) совокупность отличительных черт живого существа или вещи («животная, человеческая природа» ); 2) материальный мир, понимаемый, если рассматривать его с научной точки зрения, как физический универсум (комплекс отношений или законов), или же, с метафизической точки зрения, как органическая всеобщность («порождающая природа» у Спинозы — творческая энергия, присутствие Бога в мире, — противостоящие «порождаемой природе» — объекту человеческой науки; Природа в романтическом смысле — у Новалиса, Шеллинга — как посредник между человеком и божеством; или же в виталистическом смысле — у Бергсона — как «творческая эволюция» и т.д.); 3) то, что не является плодом искусства или человеческого ремесла. В этом смысле чаще используют термины «естественный», «природный»: «естественная красота»; 4) совокупность склонностей или темперамент — все, что образует «природное» в индивиде, в противоположность тому, что может к этому добавить искусство, культура или его собственная воля (характер, который мы вырабатываем у себя сами). Если мы принимаем понятие «природы», перед нами встает следующая проблема: можно ли различать, а значит и противопоставлять, природу и культуру! И если здравый смысл требует признать приоритет «природы» над «культурой», то можно ли из этого вывести первичную природу человека или изначальное состояние человечества? Платон (428-348 до Р.Х.) на примере жажды различает естественные потребности и потребности, рационально или культурно сформулированные. Человек, говорящий «Я хочу пить», вьгражает естественную потребность; когда же он говорит «Я хочу выпить воды, вина или чего-то еще», он дает своей потребности культурное выражение. Можно сказать, что еда, питье, производство потомства — естественные потребности. Здесь не заметно, чем же природа человека отличается от жижггной природы. Само понятие человеческой природы ста-вит еще одну проблему: ведь еще Леви-Строс подчеркивал, что дети дикарей — это «культурные аномалии», а ни в коем случае не «верные свидетели первоначального положения вещей». Домашнее животное, выпущенное на волю, может вернуться к инстинктивному поведению — врож-денгному, специфическому, одинаковому для всех. Другое дел о — человек, который уже не может путем регрессии вернуть первоначальное состояние, присутствующее в нем в сгкрытом виде. Даже Руссо, призывавший вернуться к естественному состоянию, которое он считал «хорошим», признавал, что речь здесь идет о гипотезе или идеальном понгятии («Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми», 1755): «И как он сможет дойти до конца и увидеть себя таким, каким его сформировала Природа, сквозь все те изменения, которые смена времен и вещ;ей должны были вызвать в его первоначальной конституции , и отделить то, что лежит в основании его природы, от того, что обстоятельства или прогресс привнесли или изменил» в его первоначальном состоянии? (. ) Потому что это вовсе не легкая задача — отделить друг от друга изначальное и ис кусственное в сегодняшней природе человека, и познать состояние, которое больше не существует, которое, может быть, вообще не существовало, и которое, вероятно, никогда не б;удет существовать, но о котором совершенно необходимо составить себе четкое представление, чтобы уметь судить наш« нынешнее состояние». Именно поэтому идея нулевой стегг ени общества и культуры, различающая то, чем человек явля ется (природа), от того, чем он себя сделал (культура), остается лишь гипотезой, не подкрепляемой никаким реальным наблюдением. Наоборот, создается представление, что культура составляет часть человеческой природы. После Платона, определившего человека как существо, наделенное разумом, Аристотель (384-322 до Р.Х.) определил его как «существо политическое» («Политика», 1,2): «. природа, согласно нашему утверждению* ничего не делает напрасно; между тем один только человек из всех живых существ одарен речью. Голос выражает печаль и радость, поэтому он свойствен остальным живым существам (поскольку их природные свойства развиты до такой степени, чтобы ощущать радость и печаль и передавать эти ощущения друг другу). Но речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо». Культура может оказаться внешней или внутренней по отношению к индивиду, в зависимости от того, выражается она дисциплиной или воспитанием: «Дисциплина переводит нас из состояния животного в состояние человека. У него (человека) нет инстинкта, и нужно, чтобы он сам себе составил свой план поведения. Но поскольку он не способен на ЭТО: непосредственным образом и поскольку он является в этот мир в диком состоянии, он нуждается в помощи других. -Человеческий род обязан постепенно и своими собственными силами добывать у себя все те естественные качества, которые отличают человечество. Одно поколение воспитывает другое. Не стоит искать первоначало в первичном или же в совершенном состоянии цивилизации; но во втором . случае стоит также признать, что человек затем снова впал в дикость и варварство. Дисциплина не позволяет человеку отвернуться от его предназначения, от человечества, в сторону своих животных наклонностей. Но дисциплина совершенно негативна, потому что она ограничивается лишь тем, что избавляет человека от его дикости; образование же, наоборот, представляет собой позитивную часть воспитания» (Кант, «Трактат о педагогике», 1776-1787). Мы помним, что уже Сократ рассматривал истинное воспитание не иначе, как повивальное искусство (майевтика), помогающее родить идеи, которые естественным образом заложены в нашем уме. Следовательно, культура — продукт человеческой природы,, а постоянная «способность к совершенствованию» индивидов и обществ свидетельствует о.постоянстве этой деятельности. Леви-Строс, предпринявший попытку «идеального анализа» («Элементарные структуры родства», 1947), связывает линию раздела между природой и культурой, или элементарную форму культуры, с взаимообменом и запретом на инцест: «Итак предположим, что все то, что в человеке универсально, раскрывает перед нами порядок природы и отличается спонтанностью, что все, что подчиняется норме, принадлежит культуре и представляет атрибуты относительного и особенного. Тогда мы сталкиваемся с тем фактом, или вернее с совокупностью фактов, которые, в свете предшествующих дефиниций, могут показаться скандальными: мы имеем в виду тот комплекс верований, обычаев, положений и институтов, которые в сумме своей обычно называются запретом на инцест. Потому что запрет на инцест представляет, вполне недвусмысленно и в нерасторжимом единстве, два качества, в которых мы признали противоречивые атрибуты двух взаимоисключающих порядков: он образует правило, но правило, которое — единственное между всеми социальными правилами — обладает в то же время качеством универсальности. То, что запрет на инцест образует правило, не нуждается в доказательстве: достаточно вспомнить, что запрещение брачных отношений между ближайшими родственниками может иметь широкое поле применения, варьирующееся в соответствии с тем, что каждая группа понимает под ближайшим родством; но что этот запрет, санкционированный самыми разными взыска-, тельными мерами, от расплывчатого осуждения, вплоть до непосредственного наказания виновных, иногда же просто насмешкой, всегда присутствует в любой социальной группе». Анализы происхождения социального или культурного факта не скрывают того, что невозможно отделить у человека врожденное от приобретенного, роль наследственности и роль среды, настолько взаимодействие биологического и культурного глубоко и перманентно. Французский биолог А. Жаккар подчеркивает: «Все то, что проявляется во мне: моя группа крови В, цвет моей кожи, мой контур головы, корь, которой я болел в детстве, или какая-либо черта моего «разума», — информация, привнесенная генетическим наследием, образованным наполовину моим отцом, наполовину — матерью; все, что имеется во мне, будет «врожденным»; а вклад среды в материалы, энергию, чтение, эмоции. все, что имеется во мне, будет «приобретенным». Весьма заманчиво задаться вопросом о соответствующих влияниях этих двух комплексов и спросить себя: какова доля участия каждого? Кажется вполне очевидным, например, что моя группа крови была определена врожденными элементами, тогда как корь была вызвана приобретенными факторами. Однако оказывается, что чаще всего этот вопрос не имеет смысла; поиск ответа на него может привести лишь к абсурду». («Я и другие», 1983). Нужно различать науки о природе (физику, химию и т.д.) и философию природы: последняя не поставляет нам, как науки, объекты, существующие в природе; она исходит из первичного ощущения человеком себя участником природы как окружающей его целостности. Это чувство природы отразилось в истории философии сначала в досократических теориях ионийцев. Они считали природу жизненной силой: это чувство равнозначно признанию мирового порядка (древние называли мир «космос» — «порядок»), и тем самым, признанию рациональности вещей (космос был выражением логоса). Размышление древних о природе отталкивалось прежде всего от созерцания звездного неба. С метафизикой Аристотеля философия природы стала «витализмом», соотносящим все движения природных объектов с внутренней силой, с оживляющей их тенденцией: если тела падают на землю, то это, по Аристотелю, потому, что они «желают» или «стремятся» найти «свое место» (условно расположенное в центре земли). С Возрождением и развитием современной науки природа стала объектом физической науки: теперь она означает совокупность объектов материального мира (Декарт, Кант); для Канта «природа» строго соответствует универсуму Ньютона. В этом контексте философия природы искала рациональные принципы («законы духа»), делающие возможными самые общие законы физической науки. Метафизика природы Канта предстает как выведение фундаментальных законов ньютоновской физики из «категорий» ума, открытых философской рефлексией. Современная онтология заменила понятие природы понятием бытия как присутствия и света (Хайдеггер). Подводя итог, можно заметить, что история «философии природы» обнаруживает колебание между виталистическими теориями, направленными на бытие природы, и рационалистическими теориями, направленными на познание природы. смотреть

ПРИРОДА

физический универсум. Лаланд совершенно справедливо отметил многозначность этого слова, которое может означать: 1) совокупность отличительных черт живого существа или вещи («животная, человеческая природа»); 2) материальный мир, понимаемый, если рассматривать его с научной точки зрения, как физический универсум (комплекс отношений или законов), или же, с метафизической точки зрения, как органическая всеобщность («порождающая природа» у Спинозы — творческая энергия, присутствие Бога в мире, — противостоящие «порождаемой природе» — объекту человеческой науки; Природа в романтическом смысле — у Новалиса, Шеллинга — как посредник между человеком и божеством; или же в виталистическом смысле — у Бергсона — как «творческая эволюция» и т.д.); 3) то, что не является плодом искусства или человеческого ремесла. В этом смысле чаще используют термины «естественный», «природный»: «естественная красота»; 4) совокупность склонностей или темперамент — все, что образует «природное» в индивиде, в противоположность тому, что может к этому добавить искусство, культура или его собственная воля (характер, который мы вырабатываем у себя сами). Если мы принимаем понятие «природы», перед нами встает следующая проблема: можно ли различать, а значит и противопоставлять, природу и культуру! И если здравый смысл требует признать приоритет «природы» над «культурой», то можно ли из этого вывести первичную природу человека или изначальное состояние человечества? Платон (428-348 до Р.Х.) на примере жажды различает естественные потребности и потребности, рационально или культурно сформулированные. Человек, говорящий «Я хочу пить», вьгражает естественную потребность; когда же он говорит «Я хочу выпить воды, вина или чего-то еще», он дает своей потребности культурное выражение. Можно сказать, что еда, питье, производство потомства — естественные потребности. Здесь не заметно, чем же природа человека отличается от жижггной природы. Само понятие человеческой природы ста-вит еще одну проблему: ведь еще Леви-Строс подчеркивал, что дети дикарей — это «культурные аномалии», а ни в коем случае не «верные свидетели первоначального положения вещей». Домашнее животное, выпущенное на волю, может вернуться к инстинктивному поведению — врож-денгному, специфическому, одинаковому для всех. Другое дел о — человек, который уже не может путем регрессии вернуть первоначальное состояние, присутствующее в нем в сгкрытом виде. Даже Руссо, призывавший вернуться к естественному состоянию, которое он считал «хорошим», признавал, что речь здесь идет о гипотезе или идеальном понгятии («Рассуждение о происхождении и основаниях неравенства между людьми», 1755): «И как он сможет дойти до конца и увидеть себя таким, каким его сформировала Природа, сквозь все те изменения, которые смена времен и вещ;ей должны были вызвать в его первоначальной конституции , и отделить то, что лежит в основании его природы, от того, что обстоятельства или прогресс привнесли или изменил» в его первоначальном состоянии? (. ) Потому что это вовсе не легкая задача — отделить друг от друга изначальное и ис кусственное в сегодняшней природе человека, и познать состояние, которое больше не существует, которое, может быть, вообще не существовало, и которое, вероятно, никогда не б;удет существовать, но о котором совершенно необходимо составить себе четкое представление, чтобы уметь судить наш« нынешнее состояние». Именно поэтому идея нулевой стегг ени общества и культуры, различающая то, чем человек явля ется (природа), от того, чем он себя сделал (культура), остается лишь гипотезой, не подкрепляемой никаким реальным наблюдением. Наоборот, создается представление, что культура составляет часть человеческой природы. После Платона, определившего человека как существо, наделенное разумом, Аристотель (384-322 до Р.Х.) определил его как «существо политическое» («Политика», 1,2): «. природа, согласно нашему утверждению* ничего не делает напрасно; между тем один только человек из всех живых существ одарен речью. Голос выражает печаль и радость, поэтому он свойствен остальным живым существам (поскольку их природные свойства развиты до такой степени, чтобы ощущать радость и печаль и передавать эти ощущения друг другу). Но речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо». Культура может оказаться внешней или внутренней по отношению к индивиду, в зависимости от того, выражается она дисциплиной или воспитанием: «Дисциплина переводит нас из состояния животного в состояние человека. У него (человека) нет инстинкта, и нужно, чтобы он сам себе составил свой план поведения. Но поскольку он не способен на ЭТО: непосредственным образом и поскольку он является в этот мир в диком состоянии, он нуждается в помощи других. -Человеческий род обязан постепенно и своими собственными силами добывать у себя все те естественные качества, которые отличают человечество. Одно поколение воспитывает другое. Не стоит искать первоначало в первичном или же в совершенном состоянии цивилизации; но во втором . случае стоит также признать, что человек затем снова впал в дикость и варварство. Дисциплина не позволяет человеку отвернуться от его предназначения, от человечества, в сторону своих животных наклонностей. Но дисциплина совершенно негативна, потому что она ограничивается лишь тем, что избавляет человека от его дикости; образование же, наоборот, представляет собой позитивную часть воспитания» (Кант, «Трактат о педагогике», 1776-1787). Мы помним, что уже Сократ рассматривал истинное воспитание не иначе, как повивальное искусство (майевтика), помогающее родить идеи, которые естественным образом заложены в нашем уме. Следовательно, культура — продукт человеческой природы,, а постоянная «способность к совершенствованию» индивидов и обществ свидетельствует о.постоянстве этой деятельности. Леви-Строс, предпринявший попытку «идеального анализа» («Элементарные структуры родства», 1947), связывает линию раздела между природой и культурой, или элементарную форму культуры, с взаимообменом и запретом на инцест: «Итак предположим, что все то, что в человеке универсально, раскрывает перед нами порядок природы и отличается спонтанностью, что все, что подчиняется норме, принадлежит культуре и представляет атрибуты относительного и особенного. Тогда мы сталкиваемся с тем фактом, или вернее с совокупностью фактов, которые, в свете предшествующих дефиниций, могут показаться скандальными: мы имеем в виду тот комплекс верований, обычаев, положений и институтов, которые в сумме своей обычно называются запретом на инцест. Потому что запрет на инцест представляет, вполне недвусмысленно и в нерасторжимом единстве, два качества, в которых мы признали противоречивые атрибуты двух взаимоисключающих порядков: он образует правило, но правило, которое — единственное между всеми социальными правилами — обладает в то же время качеством универсальности. То, что запрет на инцест образует правило, не нуждается в доказательстве: достаточно вспомнить, что запрещение брачных отношений между ближайшими родственниками может иметь широкое поле применения, варьирующееся в соответствии с тем, что каждая группа понимает под ближайшим родством; но что этот запрет, санкционированный самыми разными взыска-, тельными мерами, от расплывчатого осуждения, вплоть до непосредственного наказания виновных, иногда же просто насмешкой, всегда присутствует в любой социальной группе». Анализы происхождения социального или культурного факта не скрывают того, что невозможно отделить у человека врожденное от приобретенного, роль наследственности и роль среды, настолько взаимодействие биологического и культурного глубоко и перманентно. Французский биолог А. Жаккар подчеркивает: «Все то, что проявляется во мне: моя группа крови В, цвет моей кожи, мой контур головы, корь, которой я болел в детстве, или какая-либо черта моего «разума», — информация, привнесенная генетическим наследием, образованным наполовину моим отцом, наполовину — матерью; все, что имеется во мне, будет «врожденным»; а вклад среды в материалы, энергию, чтение, эмоции. все, что имеется во мне, будет «приобретенным». Весьма заманчиво задаться вопросом о соответствующих влияниях этих двух комплексов и спросить себя: какова доля участия каждого? Кажется вполне очевидным, например, что моя группа крови была определена врожденными элементами, тогда как корь была вызвана приобретенными факторами. Однако оказывается, что чаще всего этот вопрос не имеет смысла; поиск ответа на него может привести лишь к абсурду». («Я и другие», 1983). Нужно различать науки о природе (физику, химию и т.д.) и философию природы: последняя не поставляет нам, как науки, объекты, существующие в природе; она исходит из первичного ощущения человеком себя участником природы как окружающей его целостности. Это чувство природы отразилось в истории философии сначала в досократических теориях ионийцев. Они считали природу жизненной силой: это чувство равнозначно признанию мирового порядка (древние называли мир «космос» — «порядок»), и тем самым, признанию рациональности вещей (космос был выражением логоса). Размышление древних о природе отталкивалось прежде всего от созерцания звездного неба. С метафизикой Аристотеля философия природы стала «витализмом», соотносящим все движения природных объектов с внутренней силой, с оживляющей их тенденцией: если тела падают на землю, то это, по Аристотелю, потому, что они «желают» или «стремятся» найти «свое место» (условно расположенное в центре земли). С Возрождением и развитием современной науки природа стала объектом физической науки: теперь она означает совокупность объектов материального мира (Декарт, Кант); для Канта «природа» строго соответствует универсуму Ньютона. В этом контексте философия природы искала рациональные принципы («законы духа»), делающие возможными самые общие законы физической науки. Метафизика природы Канта предстает как выведение фундаментальных законов ньютоновской физики из «категорий» ума, открытых философской рефлексией. Современная онтология заменила понятие природы понятием бытия как присутствия и света (Хайдеггер). Подводя итог, можно заметить, что история «философии природы» обнаруживает колебание между виталистическими теориями, направленными на бытие природы, и рационалистическими теориями, направленными на познание природы. . смотреть

ПРИРОДА

1) в широком смысле всё сущее, весь мир в многообразии его форм; понятие П. в этом значении стоит в одном ряду с понятиями материи, универсума, Вселенной. 2) В более узком смысле объект науки, а точнее совокупный объект естествознания («наук о П.»). П. в целом выступает как общее понятие об объекте, задающее принципиальную схему понимания и объяснения того или иного конкретного предмета изучения (напр., представления о пространстве и времени, движении, причинности и др.). Такое общее понятие П. разрабатывается в рамках философии и методологии науки, к-рые выявляют его осн. характеристики, опираясь при этом на результаты естеств. наук. Как предельная абстракция, осн. характеристиками к-рой являются универсальность, законосообразность и само­достаточность, понятие П. выдвигается на первые роли в социально-культурном плане в эпоху Возрождения в условиях борьбы против религ. догматизма и ср.-век. схоластики, но закрепляется оно лишь с утверждением опытного естествознания (16-17 вв.). Совр. естество­знание наследует традиции понимания П., выработанные в новое время, но одновременно существенно обогащает их. Это выражается в представлениях о разви­тии П. и его специфич. закономерностях, о различных формах движения материи и различных структурных уровнях организации П., в расширении представлений о типах причинных связей и т. п. Напр., с созданием теории относительности существенно видоизменились взгляды на пространственно-временную организацию объектов П.; развитие совр. космологии обогащает представления о направлении естеств. процессов; достижения физики микромира способствуют значит. расширению понятия причинности; прогресс экологии привёл к пониманию глубоких принципов целостно­сти П. как единой системы. 3) Наиболее употребительно толкование понятия П. как совокупности естеств. условий существования человеч. общества. В этом смысле понятие П. характеризует место и роль П. в системе исторически меняющихся отношений к ней человека и общества. Понятие П. употребляется для обозначения не только естественных, но и созданных человеком материальных условий его существования «второй П.». По словам К. Маркса, постоянное осуществление обмена веществ между человеком и П.закон, регулирующий обществ. произ-во; без такого обмена была бы невозмож­на сама человеч. жизнь (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 23, с. 51, 514). Реальную основу отношения человека к П. образует его деятельность, к-рая всегда осуществляется в конечном счёте в П. и с данным ею материалом. Поэтому и изменение отношения к П. на протяжении истории общества определяется прежде всего изменением характера, направленности и масштабов человеч. деятельности. Интенсивное развитие комплекса социальных наук приводит к тому, что наряду с понятием П. интегрирующую роль в познании начинает играть понятие деятельности. До начала совр. научно-технич. революции эксплуатация П. носила преим. экстенсивный характер, т. е. основывалась на увеличении объёма и разновидностей получаемых от П. ресурсов. При этом масштабы деятельности общества практически не были ограничены извне, со стороны П.человек мог брать у неё «без счёта», столько, сколько позволяла его собств. производит.сила. К сер. 20 в. такой способ эксплуатации начинает приближаться к критич. точкам, причём сразу в неск. отношениях: масштабы потребления традиц. источников энергии, сырья и материалов становятся сравнимы с их общими запасами в земной П.; та же картина вырисовывается и в отношении естеств. базы для произ-ва продовольствия в связи с быстрым ростом населения планеты; совокупная деятельность общества оказывает всё более заметное влияние на П., ощутимо вторгается в её естеств. механизмы са­морегуляции, резко видоизменяет условия существования живой материи. Всё это создаёт объективно-природную основу и необходимость перехода от экстенсивного к интенсивному способу эксплуатации П., т. е. более полному, эффективному и разностороннему использованию её ресурсов. Со стороны самого общества эта необходимость подкрепляется соответств. изменением характера деятельности, к-рая теперь уже не может развиваться спонтанно под воздействием своей собств. внутр. логики, а требует спец. регулирования, поскольку оказывается ограниченной совокупность её материальных, природных условий. В совр. обществе инструментом такого регулирования выступает наука гл. орудие интенсивности произ-ва и рационализации, осмысленного переустройства материальных отношений человека с П. На науку всё более последовательно ориентируется и человеч. деятельность. В итоге начинает складываться новый тип отношения общества к П.отношение глобального управления, к-рое охватывает как процессы в П., так и деятельность общества в целом и предполагает разработку рациональных программ этой деятельности, учитывающих характер и границы допустимого воздействия на П. и необходимость её сохранения и воспроизводства. П. во всё больших масштабах становится существенным и разумно управляемым компонентом социального организма. Для первобытного человека, почти полностью раст­ворённого в П., характерно её одухотворение. Мифологич. мышление ещё не располагает основаниями для чёткого противопоставления П. и человека. Собствен­но теоретич. отношение к П. впервые складывается с отделением философии от мифологии, т. е. с появлением теоретич. мышления как такового. В ценностном плане это отношение оказывается двойственным: та часть П., которая вовлечена в орбиту деятельности человека, толкуется с утилитарно-прагматич. точки зре­ния как потребительская ценность, как источник ре­сурсов для человека и место его обитания (эта ценностная позиция сохраняется вплоть до сер. 20 в.); П. же в целом долгое время выступает как неизмеримо превосходящая человека сила и потому как идеал гармонии, нерукотворного совершенства. Этот тип ценностного отношения определяет и направление теоретич. размышлений о П. Через всю антич. философию проходит трак­товка П. как совершенства, как средоточия логоса. Антич. мышлению свойственно обращаться к П. как к эталону организации, мерилу мудрости, а жизнь в согласии с П. и её законами расценивается здесь обычно как самая благая и, желанная. Существенно иное отношение к П. складывается с утверждением христианства, к-рое рассматривает её как воплощение материального начала, как «низ», где всё преходяще и изменчиво. Земному, П. резко противопоставляется вечное, абс. духовное начало бог, безусловно стоящий над П. В противоположность античности осн. идеей здесь является не слияние с П., а возвышение над нею. Воз­рождение вновь обращается к антич. идеалам толкования П. и всего естественного, природного как воплоще­ния гармонии и совершенства. Эта позиция и позднее многократно воспроизводится в самых разных кон­текстах, в частности в концепции естеств. права (Руссо и др.), выводившей право из данных П., «естеств.» законов человеч. общежития, а также в ряде школ лит-ры и философии, активно проводивших лозунг «назад к П.» и усматривавших в нём единств. спасение от разрушит. действия бурж. порядков. Этот же идеал отношения к П. в новое время сыграл немалую роль в превращении П. в объект науч. изуче­ния. Вместе с тем развитие науки и начало активного освоения П. на базе развития пром-сти существенно трансформировали первонач. схему идеализиров. и поэтизиров. отношения к П. Опытное естествознание выдвигает идею «испытания» П. По отношению к познават. и практич. активности человека П. начинает выступать как объект, как поприще деятельности, как косная и инертная сила, требующая покорения, установления над нею господства разума. Такой тип отношения к П. сохраняется до тех пор, пока действит. господство над нею не начинает превращаться в реальность. Когда мир, созданный деятель­ностью человека, становится соизмеримым с миром П., т. е. когда деятельность общества достигает планетарных масштабов, становится по своему объёму сравни­мой с масштабами процессов в П., утилитарно-прагматич. отношение к П. постепенно перестаёт быть само­довлеющим и безграничным, оно дополняется осозна­нием растущей зависимости самой П. от человека и его деятельности. На этой основе складывается новый тип ценностного отношения к П., к-рый можно назвать социально-историческим и к-рый исходит из оценки П. как уникального и универс. вместилища человека и всей его культуры. Такая оценка предполагает ответств. отношение к П., постоянное соизмерение нужд общества и возможностей П., учёт того, что сам чело­век и человечество есть часть П. В науч.-теоретич. плане этой ценностной переориен­тации соответствует переход от идеи абс. господства над П. к идее отношений общества и П. как отношений партнёров, соизмеримых по своему потенциалу. Первым теоретич. выражением этой позиции явилась созданная В. И. Вернадским концепция ноосферы. Соз­нание потенциального (а в нек-рых пунктах и актуаль­ного) превосходства общества над П. постепенно, хотя и не безболезненно, рождает новый подход, основанный на идее единого, сбалансированного и ответств. управ­ления социальными и природными процессами и усло­виями. Во 2-й пол. 20 в. этот подход начинает получать распространение и выступать в качестве основы регулирования деятельности и всей системы практич. отношений общества и П., в т. ч. мероприятий по охране природы и защите окружающей среды. Взаимодействие П. и общества по-разному протекает в разных социально-экономич. условиях. Ещё основоположники марксизма показали, что капитализм рождает хищнич. отношение к П., источник к-рого заклю­чён в господстве частного, индивидуалистич. интереса. По словам К. Маркса, «. культура, если она разви­вается стихийно, а не направляется сознательно. оставляет после себя пустыню» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. 32, с. 45). Практика совр. капитализма свидетельствует о том, что бурж. строй создаёт серьёзные препятствия на пути построения рационального управления П. В противо­положность этому сама сущность социалистич. строя благоприятствует рационализации отношения к П., хотя такая рационализация осуществляется не авто­матически, а требует спец. усилий и затрат со стороны общества. См. также Экология социальная. смотреть

ПРИРОДА

ПРИРОДА — в предельно широком смысле — «великое целое» (Гольбах), т.е. все сущее, весь Мир как бесконечное многообразие его конкретных проявлений. В эт. смотреть

ПРИРОДА

— в предельно широком смысле — «великое целое» (Гольбах), т.е. все сущее, весь Мир как бесконечное многообразие его конкретных проявлений. В этом смысле понятие П. совпадает с такими научными и философскими категориями как «Бытие», «Реальность», «Универсум», «Вселенная», «Космос» — все они, как и термин П., обозначают совокупность всего сущего, включая и самого человека, стремящегося дефинировать (т.е. определить) их. Однако следует иметь в виду, что с развитием естественных наук такое отождествление становится не всегда правомерным. Так, например, космос выступает синонимом астрономического понятия «Вселенная». Соответственно основным объектом естествознания выступает обычно П. в узком смысле слова — как естественная среда обитания человека. В этом качестве и понятие П. приобретает не столько философский, сколько конкретно-научный отгенок. Разумеется, оно может быть использовано и философским знанием: например, как альтернатива «второй П.», т.е. искусственной среды обитания. Между широким и узким смыслами понятия «П.» нет непроходимой грани. Рассматривая П. лишь как земную географическую среду, человек не может не учитывать влияние на нее всего космоса, т.е. П. в широком смысле слова. Поэтому для него «малая П.» всегда есть часть «большой П.». Кроме того, во всех случаях любой подход к изучению П. предполагает неизбежное участие в ней человека как ее неотъемлемой части: это в какой-то мере уравнивает «малую» и «большую» П., поскольку и та, и другая рассматриваются в качестве реальности, относительно противостоящей человеку и в то же время включающей его. Определения П. не отличаются однозначностью и строгостью. Однако в данном случае какая-либо точная ее дефиниция вряд ли вообще возможна. Дело в том, что П. относится к так называемым «гуманистическим системам», включающим человека, а, согласно современной логике, определения подобных систем не отвечают высоким стандартам точности и строгости. Не случайно поэтому в подобных ситуациях часто употребляют «размытые» определения, сравнения, метафоры и т.п. — они могут оказаться яснее и компактнее строгих формальных дефиниций (например: «П. — это дом Человечества»). Вместе с тем, все эти определения и формулировки являются результатом эволюции человеческих представлений о П. и, в частности, развития философских и естественнонаучных знаний о ней. При этом каждый этап такой эволюции привносил новые смыслы и уточнения в один и тот же языковой термин, который обозначал не просто разное понимание одного и того же предмета, но даже иные по своей сущности предметы’. Так, понятие «physis» (греч. — П.) воспроизводило в философии античности два основных смысла: сущее как таковое и внутренняя сущность предмета (т е. уже «П. сущего»). Разумеется, эти два значения были взаимодополняющими при анализе вещей. В Новое время преобладающим смыслом понятия П. становится ее статус как объекта естествознания — из «фюсиса» П. превращается в «натуру», т е. в естественное бытие природных явлений. Задачей человека является соответственно познание законов этой «натуры», как, впрочем, и «натуры» отдельных вещей. Именно в эту эпоху под усиливающимся влиянием естествознания достигает своих вершин «философия П.» — натурфилософия, ориентирующаяся на фундаментальную науку как свой эталон. Современное понятие П. содержит в снятом виде все первоначальные многозначные смыслы и оттенки. В зависимости от контекста, под П. понимается то все сущее, то естественная и искусственная среда обитания человека, то внутренняя сущность вещей. Это обстоятельство требует умения конкретизировать понятие П. и правильно употреблять его в различных ситуациях. Отношение и интеллектуальное осмысление человеком П. претерпело значительную эволюцию. Известно, что первобытный человек распространял коммуникативные отношения на всю окружающую его П., трактуя свое взаимоотношение с ней как своеобычное «межсубъектное», где П. выступала ведущей стороной диалога, а человек ее прилежным учеником. Мифологическое сознание исходило из двух установок: признания господства П. над человеком и персонификации природных явлений. В античном обществе, когда искусство человека играло не менее важную роль, чем природное содержание материала, устанавливаются равноправные отношения человека с П. Человек уже не следует за традиционным порядком П., а живет по своим правилам, лишь частично соответствуя законам П. В результате реализуется эстетическое совершенствование П., когда представления о мире организуются не только логикой рассудка, но и чувством красоты, взаимодействием субъекта и объекта. Поэтому для древних греков характерна идея гармонии человека и П., микро- и макрокосма, где красота выступала выражением разумности бытия. Средневековый человек жил в едином мире и мир для него — творение Божье, причем творение совершенное и прекрасное. Место человека — Земля, которая — центр мира. Сам он выступает одновременно в двух ипостасях: естественной и Божественной. В таком благом мире упорядочивать и менять следует только человеческую душу, побуждая ее к гармоническому созерцанию мира и единению с Богом. П. средневековый человек рассматривал под влиянием эсхатологических представлений о конечности всякого бытия и ожидания второго пришествия Христа. Поэтому здесь П. обесценивается и теряет значимость будущего: не П. дает эталон человеку, а бесконечный дух. Среди творений Бога именно человек занимает приоритетное место, а не П., и смысл человеческого бытия — в возвышении над П. Здесь уже не гармония, а обособление, когда человек и П. живут по своим законам, реализуя цели божественного замысла. Отсюда и отрицательное отношение к экспериментальному освоению П. Однако и в этот период существовала потребность построить картину П., которая бы соответствовала сути Священного Писания. Решать эту задачу стали с помощью символа как знака договора. Символизм стал универсальным, ибо мыслить означало вечно открывать скрытые значения. Природные вещи трактовались как знаки, смыслом которых являются идеи, вложенные в мир Богом, а задача человека — расшифровать эти скрытые смыслы божественного плана творения. Эпоха Возрождения возвращает человека к естественному мироощущению, но здесь не статическая гармония человека и П., а динамическая, где человек пытается подчинить П. Человек как бы превращается в земного Бога, который должен сотворить П. в соответствии со своими потребностями. Эта идея становится ведущей в сознании 17-18 вв. Орудием этого господства становится экспериментальная наука и математическое естествознание. Ученому Нового времени необходимо было решить задачу, связанную с поиском средств, способных раскрыть «Книгу П.». Такой подход в перспективе давал возможность построить объективную картину П. и организовать ее систематическое исследование. Новоевропейская наука и философия исходили из уверенности в естественной упорядоченности устройства П., наличия в ней гармонии, доступной рациональному постижению. П. воспринималась как менее активное по сравнению с человеком начало, лишенное внутренней способности к самообновлению, она — всего лишь объект скрупулезного анализа и возможной переделки на человеческую потребу. Таким образом, в Новое время получает распространение утилитарно-прагматическое отношение к П. как безмерной кладовой для удовлетворения человеческих желаний. С этих пор такая парадигма мышления стала доминировать во всех техногенных цивилизациях вплоть до наших дней. Правда, практически во все времена существовала и определенная оппозиция подобной установке: так, на гармоническое взаимодействие с П. были ориентированы культуры древнего Востока, романтическая традиция в западной мысли, философия русского космизма и др. И тем не менее именно принцип преобразующей деятельности задавал основные нормы человеческой цивилизации и привел, в конечном итоге, к появлению глобальных экологических проблем. Таким образом, можно зафиксировать три основные подходы к проблеме исторического взаимодействия человека и П.: 1) мифологический (подчинение человека П.); 2) научно-технологический (господство человека над П.); 3) диалогический (гармония человека и П.), формирующийся в настоящее время и ориентирующий человека на сотрудничество с П., равноправный диалог с ней. См. также: Метафизика, Онтология. А.В. Барковская. смотреть

ПРИРОДА

(φύσις, natura) — понимается в трех главных смыслах: 1)как существенное определение чего бы то ни было, например П. человека, души, общества, государст. смотреть

ПРИРОДА

(φύσις, natura) — понимается в трех главных смыслах: 1)как существенное определение чего бы то ни было, например П. человека, души, общества, государст. смотреть

ПРИРОДА

Природа (φύσις, natura) — понимается в трех главных смыслах: 1)как существенное определение чего бы то ни было, например П. человека, души, общества, государства, искусства, нравственности, наконец, П. Божества; в этом общем смысле П. = естеству, или сущности (см.); 2) как видимый земной мир, обнимающий в некотором единстве совокупность того, что составляет определяющую среду и основу человеческой жизни, первоначально данную, а не созданную человеком; в этом смысле понятие П. противополагается понятиям искусства и искусственности, гражданственности, культуры и истории. Различие между обоими коренными значениями слова П. особенно ясно в тех случаях, когда они оба в отдельности применяются к одному и тому же предмету, когда, например, говорится о П. красоты (в первом смысле) и о красоте П. (во 2-м) или о П. любви (в первом смысле) и любви к П. (во 2-м). 3) П. называется также низшее материальное начало в самом человеке, связанное с внешней материальной средой, но отличаемое от нее; в этом смысле П. противополагается духу и нравственной свободе, Богу и особым Его проявлениям относительно человека — благодати и откровению. При ясном различии между тремя значениями слова П. между ними есть, однако, диалектическая связь, образующая единство понятия П. То, в чем существенное определение или естество чего-нибудь (П. в 1-м смысле), необходимо есть и первоначальная, данная ему, а не созданная им основа его видимого бытия (П. во 2-м смысле); оно же в человеке, как существе совершенствующемся, или прогрессивно восходящем, представляет лишь первую, следовательно, низшую ступень его существования (П. в 3-м смысле). В истории философии особое значение понятие П. имеет в его противоположении, с одной стороны, с понятием культуры (в практической философии), с другой стороны — с понятием духа (как в практической, так и в умозрительной философии). В древности софисты выдвинули на первый план различение между тем, что существует по П. (φύσει), и тем, что существует только по положению (Θέσει), т. е. по условным мнениям, обычаям и узаконениям человеческим. В эту область условного они относили все нравственные основы и нормы личной и общественной жизни, отнимая у них, таким образом, всякую внутреннюю обязательность. На долю того, что по П., оставались фактические преимущества силы, умелости, красоты, делавшие для их обладателя все позволенным в пределах возможности. В ином виде различие между природным и условным было понято Сократом (см.) и развито его учениками, особенно Антисфеном, основателем школы киников (см.), который нравственность или добродетель относил к П., как добываемую естественным разумом человека, а условным и ненужным для добродетели признавал все то, что создано исторически, все гражданские и культурные разграничения и учреждения, не исключая даже отечества. Тот же основной взгляд развивали стоики (см.), для которых выражения жить по П., жить по разуму и жить добродетельно были равнозначащими. Под влиянием стоической философии римские юристы развили идею естественного права (см.). В средние века вследствие господствовавшего в миросозерцании метафизического дуализма (см. ниже) и под влиянием новых осложнений права положительного идеи естественной нравственности и естественного права отошли на задний план. С возобновлением их в эпоху Возрождения возобновляется, достигая наибольшего распространения в XVIII в., и социально-моральное противоположение между жизнью по П. как нормальной и жизнью искусственной и условной, или жизнью по культуре, как чем-то недолжным или, по крайней мере, как необходимым злом, которое нужно допускать лишь в наименьших размерах. Этот взгляд имел своих наиболее ярких представителей во Франции; талантливейшие из них — Ж. — Ж. Руссо и Бернарден де Сен Пьер. Современные им германские мыслители Лессинг и Гердер хотя и примыкали в некоторых пунктах к тому же направлению, не могут, однако, считаться его представителями, так как они понимали смысл истории как необходимого возрастания и воспитания человечества, а следовательно, не могли отрицать и значения культуры. XIX в. унаследовал от предыдущего и развивал в различных системах социалистическую идею построения человеческого общества на новых, более близких к П. началах, упраздняющих искусственные и условные учреждения современной цивилизации (см. Социализм). Сюда относилось некоторыми и учреждение брака, и в связи с социализмом возникла проповедь «свободной любви», получившая особенное значение в изящной словесности благодаря высокому таланту романистки Жорж Занд. Отрицание цивилизации во имя естественного разума уже в древности принимало (в кинической и стоической школах) и другое направление, аскетическое, которое возродилось в современной проповеди нравственного и социального упрощения (см. Толстой Лев). Здесь противоположение между природным и историческим достигает своих крайних пределов. Другое, метафизическое, противоположение — между природным и духовным — идет в философии от Платонова учения о двух мирах. Этот дуализм П. и духа, вошедший в христианское мировоззрение как один из его элементов, получил в средние века преобладание, не соответствующее полной истине христианства и вызвавшее законную реакцию в эпоху Возрождения. Но в теоретической философии новых времен прежний дуализм удержался, приняв лишь новые, более отвлеченные и общие формы, особенно в двух наиболее влиятельных системах, картезианстве и кантианстве. У Декарта платоновский дуализм идеального космоса и природной действительности сведен к двум общим началам, определяющим эти области бытия в их существенном различии между собой, а именно к субстанции мыслящей как образующему началу бытия духовного и субстанции протяженной как отличительному началу телесной П. Этот дуализм, значительно ограниченный, но не упраздненный в учениях Спинозы, Мальбранша и Лейбница, уступил с конца XVIII в. свое господствующее положение в философии более глубокому и притом двойному дуализму в учении Канта, противополагающего: во-первых, П. как мир познаваемых в опыте явлений непознаваемому миру «вещей в себе», и во-вторых, природный закон необходимости нравственному закону свободы. Кантианский дуализм постепенно упраздняется в следующих за Кантом германских системах умозрения. У Фихте П. — отрицательная граница для нравственной деятельности чистого я. В первых системах Шеллинга П., в сущности, тождественна с духом, будучи лишь объективной стороной того самого абсолютного начала, субъективная сторона которого представляется духом. У Гегеля П. есть «вне-бытие», или «отпадение от себя», абсолютной идеи как необходимый переход для возвращения ее к себе в духе. Попытки более реального и конкретного синтеза духовных и физических элементов в мире и человеке представляют учение Баадера и позднейшая «позитивная» философия Шеллинга. Эти глубокомысленные попытки остались в тени сначала вследствие господства гегельянства, а потом вследствие начавшейся с конца 40-х годов общей реакции против умозрительной философии под знаменем опытной науки о П. Эта реакция имела оправдание особенно в том, что умозрительная философия недостаточно различала мысль о П. от самой П. как реального бытия, данного в опыте. Натуралистическая реакция достигла своего крайнего предела в популярном материализме 60-х годов (Бюхнер, Карл Фохт), отличавшемся простотой и общедоступностью, но оставлявшем без всякого серьезного ответа все главные запросы философской мысли (см. Материализм). С начала 70-х годов замечается новое, примирительное, философское движение: 1) на почве метафизических принципов, совмещающих свойства духовного и природного бытия, каковы мировая «воля» Шопенгауэра [Хотя этот философ писал раньше († в 1860 г.), но его философия стала общеизвестной лишь около названной эпохи.], бессознательный «все-дух» Гартмана (см.) и т. п.; 2) посредством применения эмпирического метода к метафизическим исследованиям (сочинения Гартмана и др.); 3) путем внесения тех или других философских элементов в общее натуралистическое мировоззрение (неовитализм). Вл. Соловьев.

ПРИРОДА

В предельно широком значении – все сущее в бесконечном многообразии своих проявлений. В этом смысле понятие П. выступает как синоним понятий Вселенная, материя, бытие, объективная реальность и т.п. В своем развитии от простого к сложному, от низшего к высшему П. проходит ряд ступеней, к-рым соответствуют определ. структурные уровни материи. Простейшими из известных совр. науке форм материи являются элементарные частицы и поля, составляющие космич. среду. Определ. виды элементарных частиц (нуклоны) фомируют атомные ядра, а последние, вместе с электронами, атомы, т.е. химич. элементы. Гигантскими по массе и энергии сгустками материи являются з в е з д ы; согласно совр. представлениям, более высокой ступенью развития являются п л а н е т ы, в качестве структурных элементов к-рых в микроразрезе выступает многообразие химич. частиц (атомов, ионов, молекул, макромолекул, мицелл и т.д.), а в макроразрезе – дифференциация вещества на оболочки (на Земле: наружные оболочки – атмосфера, гидросфера, литосфера; мантия; ядро). На планетах могут создаваться условия для возникновения и эволюции еще более высокой ступени развития материи – о р г а н и ч е с к о г о мира. Живое вещество, развиваясь во взаимодействии с окружающей средой, оказывает обратное организующее и преобразующее влияние на эту среду. Напр., на Земле мн. горные породы и минералы (известняки, горючие ископаемые и др.), газы атмосферы (прежде всего кислород) и т.д. – биогенного происхождения; живое вещество создает и регулирует своеобразный круговорот веществ (элементов: углерода, азота, кислорода и др.) в атмосфере. Т.о., по мере развития органич. мира возникает особая планетная оболочка – б и о с ф е р а, включающая живое вещество как организующий элемент и неживое, охваченное его влиянием, возрастающим в процессе эволюции (это проявляется, в частности, в установленном В. И. Вернадским росте биогенной миграции химич. элементов). Самый существ. скачок в развитии П. связан с возникновением и развитием общества, к-рое есть часть П. в широком смысле слова. «Сама история является действительной частью и с т о р и и п р и р о д ы, становления природы человеком» (Маркс К., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Из ранних произв., 1956, с. 596). Общество, формируясь на основе биосферы, приобретает ряд принципиально новых черт и потому оно есть особая часть П., относительно противопоставленная всей остальной П. Специфика этой взаимосвязи приводит к употреблению термина «П.» в более узком Значении, в к-ром он обозначает относительно противостоящую обществу П.; П. в этом плане – синоним природной среды (на земном шаре – географич. среды). В эволюции процесса взаимодействия П. и общества можно выделить ряд крупных этапов. На раннем этапе формирующийся человеческий род, подобно всем животным, непосредственно присваивает готовые продукты. На последующем этапе, к-рый можно назвать допромышленным (древняя и ср.-век. история) на основе стихийного использования природных ресурсов происходит медленное развитие производит. сил. На п р о м ы ш л е н н о м этапе эволюции наступает качеств. перелом во взаимоотношениях природы и общества, к-рый связан с тем, что природные ресурсы перестают быть практически неисчерпаемыми. Общество переходит от стихийного потребления природных ресурсов к организации целенаправл. хода природных процессов, т.е. произ-ву благоприятных для человека природных условий. Формирование особой, организованной человеч. трудом естеств.-историч. среды – сферы взаимодействия П. и общества – существ. черта качеств. перелома в их взаимодействии. В 20 в. понятие о сфере взаимодействия П. и общества под различными наименованиями (техносфера, антропосфера, социосфера, ноосфера); получило развитие в различных отраслях знания. Понятие ноосфера (греч. . – разум), употребляемое В. И. Вернадским, подчеркивает важнейшую сторону процесса: первостепенную активную роль сознания, науки в процессе взаимодействия П. и общества. В становлении ноосферы, наряду с научно-техническим, первостепенную роль играет социальный фактор. Ноосфера, рождаясь в рамках планеты, по своей сути – не планетная, а космическая (по социальному охвату П.) область. Появление общества отнюдь не подразумевает к о р е н н о г о преобразования самих законов П., «. на каждом шагу факты напоминают нам о том, что мы отнюдь не властвуем над природой. что все наше господство над ней состоит в том, что мы, в отличие от всех других существ. умеем познавать ее законы и правильно их применять» (Энгельс Ф., Диалектика природы, 1964, с. 153–54). В понятии П. различаются еще два оттенка: П. «в чистом виде» и П. «очеловеченная» (см. К. Маркс, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Из ранних Произв., 1956, с. 594) – «вторая П.», в той или иной мере преобразованная человеком, П., включенная в систему социальных связей. Термин «П.» употребляется также в значении: внутр. закономерность, сущность вещей и явлений. Напр., П. гравитац. или электрич. поля, П. фотона, П. звезд, П. психического, П. категорий, П. гос-ва и т.д. Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 23; Кедров Б. М., О соотношении форм движения материи в П., в кн.: Филос. проблемы совр. естествознания, М., 1959; Фаддеев Е. Т., Нек-рые филос. проблемы освоения космоса, в кн.: Диалектич. материализм и вопросы естествознания, М., 1964; Константинов Ф. В., Взаимодействие П. и об-ва и совр. география, «Изб. АН СССР. Сер. геогр.», 1964, No 4; Доскач А. Г., ?русов Ю. П., ?аддеев ?. Т., Проблема взаимодействия П. и об-ва и совр. география, «ВФ», 1965, No 4; Шкловский И. С., Вселенная, жизнь, разум, 2 изд., М., 1965. Р. Гаркавенко, Ю. Трусов. Москва. . смотреть

ПРИРОДА

-ы, ж. 1.Окружающий нас материальный мир, все существующее, не созданное деятельностью человека.Законы природы. □ В ходе подготовки космических путеше. смотреть

Источник

Читайте также:  Бег в прилагательной форме